Аспекты смысла жизни

Догматическое развитие» кардинала Ньюмена нашло живой отклик в русской религиозно-философской мысли XX века. Католический модернизм рубежа веков воодушевил многих русских аспекты смысла жизни «реформаторов», желавших внести дух времени и в Православие. Известнейшие творцы Серебряного века в нашей культуре, т.

Ренессанса, взяли на себя роль модернистов в русском Православии. Главным и самым последовательным идеологом русских модернистов почти всю свою жизнь был Н. Бердяев в 1907 году в своей статье «Католический модернизм и кризис современного сознания» подвергает резкой критике подобное явление на Западе, но интересно за что: за то, что это не вполне модернизм. К создателям «высшей философии» Бердяев, безусловно, относил себя и тех русских религиозных мыслителей, которые так или иначе испытали на себе влияние двух гениев конца XIX века, пытавшихся перевернуть традиционные общественные представления о философии и религии. Русская философия испытала на себе влияние Ницше в той же мере, в какой испытала его вся западная философия того периода. Сильнейшее религиозное значение Ницше имел и для русского модернистского течения.

Интеллигенция воспитывалась во вражде к Церкви. А между тем и интеллигенция желала непременно учить народ. В первую очередь зависимость почти целого поколения последующих русских религиозных мыслителей от В. Русская религиозно-философская мысль в начале XX века. Владимир Соловьев и философия Серебряного века. Современный исследователь феномена христианского модернизма И. Модернисты считали, что их деятельность нацелена в сторону роста духовного самосознания и социального единства народа.

Если применить эту обобщающую характеристику христианского модернизма к НРС, то можно выявить определенные магистральные тенденции, оформившиеся в русском религиозном модернизме начала XX века. Эти тенденции на протяжении всего столетия вплоть до настоящего дня по-разному преломляются в религиозно-философском, богословском и церковно-историческом дискурсах, находят различное, оригинальное, а подчас кажущееся очень традиционным осмысление у русских мыслителей и церковно-общественных деятелей. Разница заметна даже тогда, когда делаются попытки «вернуться к отцам». Как синкретическую модель неохристианства мы и рассмотрим доктрину НРС более подробно. Склонность к гностической мистике: софиологии, оккультизму, различным эзотерическим учениям, увлечение теософией и антропософией. Главным теоретиком «религии жизни» и «философии пола», безусловно, был В. Церкви и государства, вопрос о государстве в «новом христианстве».

Собственно эти две революционные тенденции и являются основным делом церковных модернистов, их деятельность в этой сфере всегда была наиболее заметна. Началом подобного «творчества», по воспоминаниям лиц, стоявших у истоков зарождения НРС: А. Особенно активно «творческую эсхатологию» НРС развивал Н. Бердяев: «Активный эсхатологизм есть оправдание творчества человека. Русская богословская мысль уже в эмиграции, переживая кризис собственной идентичности, стала благоприятной средой для переосмысления и трансформации многих вопросов, поднятых в религиозно-философских кругах Серебряного века. НРС в контексте такого специфического явления, как русский религиозный модернизм, не ставит перед собой чисто аналитической цели.